Русская Tania

Самая красивая женщина мира

А правда, что она постоянно носит с собой талисман — игрушечного коалу, купленного на первую зарплату?

Эти «факты» так «терзали» старожилов, что к марту они даже чай пили с трагическим видом, всех волновало одно: «Может ли красавица, олицетворяющая целую нацию, быть «не настоящей» австралийкой?»

…Никогда раньше Зеленый континент, а именно Сидней, не видел такого ажиотажа. Точнее, с 1908 года, когда в Австралии провели первый конкурс как разовое мероприятие.

Если не входить в подробности, там смешная картинка нарисовалась в духе изрядно надоевшего местным замшелого колорита — они, дескать, «ходят вниз головой, во всем противоположны, свободны и счастливы».

Устроителем выступила организация с устрашающим названием «Одинокая рука» (The Lone Hand), у которой была благая цель — издание хотело поднять тиражи своего журнала. Обещали опубликовать карточку первой же прелестницы.

Поводом послужила вовремя подвернувшаяся дискуссия: некая американская газета объявила победительницу первых конкурсов самой красивой женщиной в мире. Австралийцы не согласились и решили пойти ва-банк, но отыскать свою собственную красотку. И нашли!

Элис не пользовалась косметикой, носила грубые ботинки и весила около 70 кг. При этом занималась физкультурой! Зимой тренировалась с булавами и гантелями. Ну и ну. Хозяин журнала радостно потирал руки, предчувствуя дополнительный тираж…

Это был, как бы сейчас сказали, локальный event (мероприятие с определенной целью) и заметный шаг в продвижении идеи «Самой красивой», удивительно быстро прижившийся на родине очаровательной коалы.

Со временем мода на конкурсы распространилась по всей стране, и сейчас Австралия регулярно принимает крупные международные события вроде «Мисс Австралии». Им не привыкать.

1961 год. Победительницей конкурса, о которой так охотно толковали местные жители, действительно стала дочь русских иммигрантов, «новая австралийка» Татьяна с невообразимой фамилией Верстак. Она покорила своей красотой обретенное отечество, а затем завоевала для него первый мировой титул. Не случайно Татьяну по ошибке нередко называют «Мисс Вселенной» 1962 года.

Родная кровь

Жизнь Татьяны Верстак-Янг — яркий пример того, как одно случайное событие может запустить длинную цепочку событий в жизни человека.

Основные вехи ее жизни, в общем‑то, известны, но оговорюсь: у нее не было полезной привычки писать мемуары или вести дневники. Но поступки и публичные выступления создали портрет девушки и ее новой родины, — будто сложенной из кусочков мозаики.

…Девочка появилась на свет 20 ноября 1940 года в китайском Тяньцзине. Отец и мать родились в старой Россiи, но Родину не помнили. На волне Гражданской войны малыши вместе с родителями стали беженцами.

Отец будущей королевы красоты Владимир Антонович имел незаурядные предпринимательские задатки. Но о нем мало что известно.

Мальчик родился в 1915 году в Белоруссии. Его отец и мать — Антон Осипович и Елена Петровна. Австралийские источники выводят семью из «белых русских». Очевидно, что разница между русскими и белорусами для местных была неуловима.

У Владимира, насколько можно судить, был отчим, его воспитавший — Анатолий Николаевич Краснов. Конторщик, бухгалтер, занимался разведением пчел.

С 1907 года — в армии. Окончил Военное училище в Казани (1909 года). Принимал участие в Великой войне в составе 41‑го Сибирского стрелкового полка, в Гражданской — в составе армии генерала Пепеляева в 1918‑1919 годах.

В конце декабря 1919 года Анатолий Николаевич перевез семью из Читы в Маньчжурию. Монархист по политическим взглядам.

Теперь о Таниной матери. Валя, Валентина Ивановна Борисова появилась на свет в 1918 году на Урале в Красноуфимске. Это историческое, а не революционное название города.

Ее отец, дед Тани — Иван Григорьевич Борисов, из крестьян. Родился в 1891 году в Михайловском заводе Красноуфимского уезда Пермской губернии. Образование: двухклассное училище и ремесленное училище в Михайловском заводе.

С началом Германской был призван на военную службу. Окончил учебную команду (1914), школу прапорщиков в городе Житомире (1915). Принимал участие в боевых действиях в составе Бобровского полка; в Гражданскую — в составе 47‑го Павлодарского полка Белой армии.

Согласно архивам: «Прибыл в Маньчжурию в 1920 г. из Забайкалья через станцию Маньчжурия. Политические убеждения — монархист. В общественных, политических организациях не состоял».

Из крестьян была его жена Екатерина Александровна (урожденная Грязнова), бабушка Тани. Она родилась в 1898 году в Михайловском заводе. В 1906‑1909 годах окончила начальную школу, в 1909‑1913 годах — пять классов гимназии все в том же Красноуфимске. В эмиграции, как и муж, придерживалась монархических взглядов.

Борисовы воспитывали дочь Валентину в старых традициях: видеть свое главное предназначение в том, чтобы быть хорошей женой, матерью и домохозяйкой.

Китайская акварель

Большую часть китайской эмиграции семья прожила в Тяньцзине. Его называют «самым европейским из китайских городов». Европейская архитектура, как отражение истории города, причудливо сочетается здесь с китайскими постройками и местными традициями.

Объективно это было так.

Поскольку Таня провела в Китае относительно немного времени (до 1952 года), она, скорее всего, не ходила в школу. Предполагаю, что начальное образование она получила дома с помощью родителей или гувернантки. А уже потом, в Австралии, училась в обычной школе (где, кстати, над ней смеялись над плохим английским), позже — на факультете искусств Сиднейского университета.

В биографиях и интервью акцент всегда делается именно на «австралийском периоде»: учеба, карьера, общественная деятельность. Воспоминания о друзьях по Китаю в публичном поле не сохранились.

Благополучие закончилось в 1949 году, когда в Китае к власти пришли коммунисты.

Бизнес отца закрыли. По воспоминаниям Тани, два года они жили за счет продажи ценных вещей. Возникла реальная угроза, что эмигрантов насильственно вышлют обратно в СССР.

В итоге семья — мать, отец, Татьяна и маленькая Елена, родившаяся в 1948 году — решила эмигрировать снова, на этот раз в Австралию. Это был типичный путь для многих русских того времени.

В 1952‑м отправились в путь. Чтобы получить разрешение на выезд от новых властей, пришлось отписать государству все свои денежные средства, хранившиеся в иностранных банках. Но жизнь — дороже.

Таня хорошо запомнила свой первый день в Австралии: «Сойдя с парохода в Сиднейской гавани, я первым делом подумала ««Как тут красиво!» Придя на следующее утро в местную школу, я поняла, что в китайской курточке с драконами и застежками до горла (которую храню по сей день) выгляжу для окружающих забавно. И этот акцент! Я почувствовала себя потерянной».

Двойная мисс

Чем ярче и теплее воспоминание, тем острее ощущаешь его, уже утраченную, неповторимость.

«Это был мир мечты, — вспоминала Татьяна через тридцать лет, рассказывая мужу Питеру о своей юности. — Больше всего, я была горда тем, что мы, молодое поколение иммигрантов были признаны Австралией как равноправные граждане».

…В интернете можно посмотреть архивные кадры «Мисс Австралии»: старинный зал «Palais de danse» в Мельбурне, респектабельная публика, дамы в соболях и бриллиантах, выход претенденток в бальных платьях с прозрачным шлейфом, который поддерживает молодой человек в пажеском облачении.

И наконец, финальные кадры: «коронация» Тани с участием супруги губернатора леди Брукс и торжественный проход новой королевы в сопровождении молодого армейского капитана.

Год спустя Таня «одержала победу и в конкурсе «Мисс Вселенная», проходившем в США» — так обычно пишут СМИ об этой старой-старой сказке.

Что любопытно, это не так. Таня не побеждала в конкурсе «Мисс Вселенная» в 1962 году. Она одержала победу на другом престижном подиуме — «Мисс Интернешнл», который прошел 18 августа 1962 года в Калифорнии.

Конкурс был организован в 1960 году в городе Лонг-Бич после переезда финального этапа шоу «Мисс Вселенная» на Атлантическое побережье — в Майами-Бич, во Флориду.

В самом Лонг-Биче из‑за этого возникли серьезные финансовые потери. И тогда городской совет решил не оставлять площадку совсем — так в том же 1960 году появился новый конкурс. Сначала его называли «Международный конгресс красоты» (International Beauty Congress), а позже закрепилось название «Мисс Интернешнл».

За титул боролись представительницы пятидесяти стран. Вот тут‑то Татьяна Верстак и стала «Мисс Интернешнл» плюс «Мисс Фотогеничность».

После такого фантастического успеха Верстак, конкурсы, как сладострастные сирены, привлекли в свою орбиту огромное количество разного австралийского народа.

Люди жаждали зрелищ. Местные организаторы охотно перенимали международные ноу-хау: дефиле, интервью, тематические этапы. Конкурсы стали частью курортной культуры — их устраивали в приморских городах, на фестивалях. Такие мероприятия давали и развлечение страждущим и доход устроителям.

Конкурсы легко вписывались в образ туризма, который спешил вперед семимильными шагами «веселого летнего партнера» у моря — с пляжными вечеринками, девушками в легких нарядах, запотевшими бокалами в руках… Для отдыхающих — отличный повод окунуться в эти увлекательные события.

В многочисленных газетах тогда цитировался один из вопросов, который кто‑то из жюри не без колкости задал Тане:

— Вы знаете, что после избрания вас отправят в Америку, и там вы будете представлять нашу страну. Как вам известно, сейчас в Америке сильны антирусские настроения, а вы — русская, и по крови, и по фамилии, и по духу. Как вы будете реагировать, если эти настроения вы почувствуете?

На это последовал ответ:

— Америку создали и населяют люди разных национальностей, и там национальная принадлежность не играет роли. Америка и Австралия — страны свободы, и я также принадлежу к числу свободных людей. Разве мы не найдем общий язык?

Судьи пришли в восторг.

Каждая девушка должна была собрать около ста долларов (чаще всего для медицинских и детских учреждений). Вклад участниц в сбор серьезно влиял на итоговую оценку.

С очередным этапом Таня справилась великолепно. У нее уже был опыт. В свободное от учебы время она подрабатывала, не сторонилась и благотворительной деятельности. В каникулы работала промоутером испанского оливкового масла на «Королевской пасхальной выставке».

К ней подошла женщина — сотрудник «Spastic Centre» Нового Южного Уэльса и предложила принять участие в отборочных соревнованиях к конкурсу «Мисс Австралия-61»… Ну, это типа общеизвестного предложения: «Девочка, хочешь сниматься в кино?» Кто ж откажется?..

«Что это, я ударилась в воспоминания? Нашла время! Надо как‑то собраться», — встряхнулась Таня. Пора в зал. Очередной этап.

Таня не устала ничуть. Так все интересно, необычно… Вспомнила, как мама, когда она советовалась с ней, идти ли на конкурс, помогла ей преодолеть естественную робость от вида большого зала.

«Ты очень стеснительная — сказала мама, — поэтому тебе стоит попробовать: победишь ты или нет — не важно, ты сможешь хотя бы раскрепоститься, общаясь со множеством людей».

Дочка согласилась с доводами мамы. Она вообще прислушивалась к своим «строгим и старомодным» родителям.

Тем временем жюри оценивало не только внешность конкурсанток, но умение держаться, грамотность речи, ответы на вопросы по истории, культуре, текущим событиям. А потом настало время демонстрировать одежду. И снова Таня поразила всех…

В США, к слову, на конкурсах были выходы в разных нарядах: повседневная одежда, вечерние платья, иногда — купальник. Но в Австралии все было строго: только костюм для спорта, никаких купальников! В начале 1960‑х в Австралии усиливалось стремление подчеркнуть собственную национальную идентичность, отдельную от британской. Поэтому от девушек ждали не просто следования моде, а умения представить «свой» регион и страну на общенациональном уровне.

После жюри сводило воедино все критерии: собранные деньги, результаты интервью, оценки за выходы в разных образах, общее впечатление и харизму участницы.

В итоге члены жюри оказались перед непростым выбором, на который повлияли не только баллы, но и субъективные факторы — это делает историю Тани еще более выразительной, ведь за внешним блеском конкурсов всегда стоят человеческие судьбы.

Национальная героиня

Ну, а дальше был триумф в США. Таня представила страну в специально созданном национальном костюме: образ специально подчеркивал «новую Австралию».

На сцене Таня появилась в желтом платье, украшенным австралийскими дикими цветами, с венком из таких же цветов на голове — без британской символики в отличие от нарядов предыдущих представительниц (например, костюм британской наездницы). Весь наряд дополнял желтый зонтик.

Дома ее встречали как национальную героиню: в Мэнли (пригород Сиднея, где жила семья) прошел парад в ее честь, на который собрались толпы, около 60 тысяч человек. Все хотели видеть, а если удастся, то коснуться героини.

Победа Татьяны получила громадный резонанс. Для молодой страны это был значимый международный успех, а для русской диаспоры — предмет гордости.

Даже австралийский министр иммиграции счел необходимым сказать несколько слов: «Выбор мисс Верстак, натурализованной австралийки, является очередной демонстрацией пути, по которому наши новые поселенцы входят в сердца и жизни австралийского народа. Мисс Верстак — молодая леди незаурядной красоты, уравновешенности и индивидуальности. Она занимает достойное место среди других австралийских красавиц. То есть… — тут министр сделал паузу, заскользив «мыслью по древу», но быстро нашелся: — Такой важный конкурс — окончательная демонстрация того, как наши новые поселенцы вошли в сердца и жизни австралийского народа».

Она также пробовала себя в кино и модельном бизнесе, но не стремилась сделать это главной карьерой.

В 1963 году Татьяна Верстак вышла замуж за Питера Янга, бизнесмена из города Перта. Как уж они познакомились, Бог весть. Вроде бы в фирме отца Питера, где Таня работала.

Свадьбу сыграли в Гонконге — на земле Китая, где родилась русская Таня. В интервью для прессы она объяснила это соображениями удобства, поскольку там, в Гонконге, работает ее муж.

У новобрачной вместо обручального было старое золотое кольцо ее матери, которое она считала «счастливым» и надевала на всех конкурсах красоты. Тринадцатое число также было выбрано не случайно, по поверью семьи Верстаков, оно не раз приносило им удачу.

Сохранились кадры, как после прилета домой в аэропорту их забирает «Роллс-Ройс». Журналистам Таня сообщила, что собирается посвятить себя семье. Что тут же, улыбаясь, подтвердил Питер Янг:

— Это единственное, что я мог бы ей позволить или хотел бы от нее. Но если она захочет вернуться (к работе), то я поддержу и это ее решение. На вопрос, где бы они хотели поселиться, Таня ответила, что в Сиднее, Питер же опять пошутил:

— Она русская невеста, а они делают то, что им говорят (мужья).

…После замужества Таня сознательно отошла от активной публичной жизни, сосредоточившись на семье, родила дочь. Позднее она рассказывала в интервью: «Когда я вышла замуж за Питера, я оказалась не готова делить свою жизнь на маленькие отрезки. Поэтому я не стала продолжать какую‑либо деятельность во внешнем мире. У меня было немало занятий и в доме: с нашим садом, с мужем и дочерью».

Дочь Нина Янг, с детства бредившая кино, стала известной австралийской актрисой (в ее фильмографии сорок девять картин, а еще, например, эпизоды в проектах, связанных с крупными франшизами).

Семья жила в Перте, в престижном районе Далкейт. Частенько путешествовали. Таня увлеклась садоводством: создала красивый сад, который в определенные дни открывали для посетителей, а собранные средства шли по традиции на благотворительность.

По воспоминаниям близких, Таня любила простые вещи — рыбалку, работу в саду, тихие семейные праздники. При этом она не теряла связи с русской общиной: вместе с Ниной приезжала в Сидней на празднование русского Рождества.

Она оставалась такой же скромной, как и раньше. Не любила «эксплуатировать» свой титул. Когда о нем вспоминали — улыбаясь, обычно говорила, что «это было очень давно».

Была ли она верующей? Высказываний, где Татьяна Владимировна рассуждает о вере, в открытом доступе нет. Однако в ее доме на видном месте стояли большие иконы — Спасителя и Николая Чудотворца.

Tanya Park

Передо мной эмигрантская пресса, незнакомый ретро-шрифт. В газете «Единение» (старейший орган русской общины) я прочла, что 8 августа 2026 года в своей усадьбе, в одном из самых дорогих районов столицы Западной Австралии — городе Перте, в возрасте 85 лет умерла Татьяна Верстак, самая красивая женщина мира 1962 года.

Ее похороны состоялись на кладбище в Карракатте — это исторический некрополь в Перте, внесенный в реестр памятников культурного наследия Западной Австралии.

Родные ушли раньше. Муж скончался в 2016 году, мама — в 2003‑ем. Отец умер много раньше обоих, в 1969‑м — от инфаркта. Он прожил 54 года. Хорошо хоть, что успел порадоваться триумфу дочери и понянчить маленькую внучку.

В 1964 году в Сиднее был разбит Tanya Park, названный в честь самой красивой женщины мира. Он расположен на возвышенности и примыкает к мысу Добройд-Хед, откуда открывается великолепная панорама на Сиднейскую гавань.

Именем Тани назван выведенный в ее честь сорт роз — Tania Verstak. В Национальном музее Австралии есть экспозиция, посвященная ей, где представлены ее платья и награды с конкурсов.

Вот такая история. О женщине, оставшейся русской по своему духу, по своему мировоззрению даже в далекой Австралии.

В картине Никиты Михалкова «Сибирский цирюльник» звучит знаменитый диалог: «…Он русский? — Да. — О-о-о, это многое объясняет».

Сказанное, я думаю, в полной мере относится и к Тане Верстак.