Сибиряк Розин
Памяти героя спецназа и группы «Вымпел»
Как гласит девиз разведки: «Без права на славу, во славу державы».
В полной мере это относится к ветерану Группы «Вымпел» КГБ СССР полковнику Валерию Витальевичу Розину — легенде спецслужб, кавалеру орденов Красного Знамени и Красной Звезды.
Кабул, 27 декабря 1979 года.
Цена успеха в Генштабе была предельно высока. Неудача означала крушение всей операции «Агат-Гром». Начальник ГШ Якуб поднял бы армию, и тогда небольшим силам спецназа КГБ и ГРУ и десантников в Тадж-Беке было бы несдобровать.
Генерал-лейтенант Вадим Кирпиченко: первый заместитель начальника разведки КГБ СССР:
— Если бы не было «нейтрализовано» руководство Генерального штаба вооруженных сил ДРА, то вряд ли бы вне событий остались части и соединения афганской армии, в том числе и кабульского гарнизона.
Шедшие от границына Кабул силы 40‑й армии вступили бы в бой на марше и, очевидно, понесли бы ощутимые потери. Трудно даже представить тяжесть последствий для СССР, включая международный аспект.
Юрий Климов («Зенит»):
— Нас предупредили: помощник Якуба — зверь, его нужно нейтрализовать. Когда мы вошли, у него на столе лежало оружие. Поэтому его сразу нейтрализовали выстрелом из пистолета ПСС в голову: он упал, и вокруг него образовалась лужа. Но убийцами мы не были — там еще находился врач-индус. Стрелять в него мы не стали. Хотя нас учили — свидетелей не оставлять. Крикнули ему: «Ложись!», он упал и закрыл голову руками. Так и лежал до самого конца.
Владимир Кудрик («Зенит»):
— У нас автоматы были на предохранителе, и патронов в патроннике не было. Поэтому мы по очереди заходили в туалет, досылали патрон в патронник и снимали с предохранителя. Боекомплект: восемь запасных рожков, четыре гранаты, пистолет и штык-нож. Без бронежилетов, в легкой спецназовской экипировке песочного цвета.
Когда прозвучал взрыв, мы наблюдали за афганцами. Они схватились за оружие. И тут со сторонывхода прозвучал первый выстрел. Я сразу ударил автоматом ближайшего охранника узла связи и забрал у него автомат. Второй метнулся внутрь узла, откуда выскакивали операторы и хватались за оружие.
В результате возникшей перестрелки оборудование было нами выведено из строя. Кто‑то из них смог выскочить через противоположный выход.
Когда все было кончено, мы со Стремиловым дали еще несколько очередей по оборудованию, чтобы исключить возможность связи с расположенными в трехстах метрах казармами. Там стоял полк охраны.
Юрий Климов:
— Когда началась стрельба, Якуб сразу бросился к столу за автоматом. По словам Розина, пришлось применить пистолет ПСС: было видно, как френч на спине Якуба лопнул. Он пробежал мимо стола в покои, где нередко оставался ночевать. Потом туда прошел Абдул Вакиль, будущий министр иностранных дел, который приехал с нами. Он что‑то сказал Якубу на пушту и несколько раз выстрелил в него из пистолета.
Валерий Розин:
— Во время штурма у меня даже был момент, когда мелькнула мысль: я сиротой вырос, неужели мои дети тоже станут сиротами? Но эта мысль мгновенно пролетела, и мы пошли дальше работать.
Юрий Климов:
— К приемной примыкала еще одна комната. В ней хранилось спиртное и еще что‑то. Когда началась стрельба, там спряталось несколько афганцев. Ребята закатили туда две гранаты, прогремели взрывы, а когда граната взрывается в соседней комнате, ощущение не из приятных, воздух начинает ходить. Когда все закончилось, афганцам крикнули через переводчика: мол, выходите. Они выходят — вусмерть пьяные. И ни единой царапины!
Владимир Кудрик:
— Из дальнего коридора скрывшиеся там афганцы предприняли попытку вернуть узел связи. Мы стояли в главном коридоре как раз напротив — и Стремилову пуля попадает в живот. А у него за пояс был заткнут пистолет — пуля ударяет прямо в пистолет и застревает в магазине. Сейчас этот искореженный пистолет находится в Музее Управления ФСБ по Алтайскому краю. После этого при любой попытке войти в узел связи мы сразу открывали огонь.
Вдруг погас свет — мы прижались к полу у входа и залегли.
Стреляли уже на любое движение трассирующими пулями, которые застревали в стенах и несколько секунд светились, что давало возможность оценить обстановку. Через некоторое время свет снова загорелся.
Пока в здании Генштаба не было света, бой шел в темноте. Бойцы советского спецназа определяли по трассерам, где свои, а где чужие. Безусловно, факт неожиданности сыграл свою определяющую роль.
«Не стрелять, свои!»
Когда речь заходит о кабульских событиях 1979 года, то говорят преимущественно о штурме дворца ТаджБек — «Объекта Верхней строки». Но без действий всех звеньев операции «Агат-Гром» общий успех не был бы достигнут. И захват Генштаба в этом отношении имел важнейшее значение.
С большой задержкой, опоздав примерно на час, к зданию Генштаба на броне подошли десантник и открыли огонь из крупнокалиберных пулеметов.
Валерий Розин:
— На объекте было несколько взводов афганцев. Всех с оружием в руках мы быстро локализовали. Собрали их в большой актовый зал, провода телефонные сорвали с плинтусов и связали пленных. Сообщили командованию, что у нас обстановка нормальная, все сделали. И попросили предупредить десантников, чтобы они по нам не лупили. Эта связь нас и спасла. Неувязка объяснима: такая большая операция по всему Кабулу, много объектов,тяжело было и управлять, и информировать.
Владимир Кудрик:
— Мы как раз находились напротив главного входа, когда туда стали заходить десантники. Хорошо, что свет уже дали… Первыми забегают два солдата с широко открытыми глазами, автоматы наизготовку и видят нас в незнакомой форме. Мы со Стремиловым что есть мочи: «Не стрелять, свои!» И матом вдогонку. Слава Богу, что никто из них не успел нажать на курок.
Потом уже вошли офицеры, и началась зачистка кабинетов. Там тактика одна: автоматная очередь, граната, перебежка.
Юрий Титов («Зенит»):
— Жесткое сопротивление мы встретили со стороны группы офицеров во главе с заместителем начальника Генштаба по политической части, а также сотрудников контрразведки и жандармерии. Они предприняли несколько отчаянных попыток прорыва из здания, однако они им успеха не принесли.
К часам десяти вечера обстановка начала проясняться. Мы с помощью двух переводчиков из Московского военного института, которые находились на практике в Афганистане, зачистили помещение первого этажа и заканчивали зачистку второго.
Валерий Розин:
— Действовали резво, жестко. Уже после боя увидели, сколько там было крови… Я бы не хотел об этом рассказывать… Вернулись на базу — на виллу,где ночевали. Ехали на чем попало, без флагов и фанфар. Вернулись, по сто граммов выпили, конечно. Но пьяных не было,так, для поддержания настроения. Те, кто дежурили, встретили нас.
Мы обнялись, поплакали. Нервный срыв такой был, что слезы сдержать было невозможно. На другой день раненых погрузили в самолет и отправили в Ташкент. Они выздоровели и вернулись на службу, потом перезванивались с ними время от времени.
Одновременно и также успешно в рамках операции «Агат-Гром» действовали другие группы из числа отрядов «Грома» и «Зенит», «мусульманского» батальона ГРУ и десантников. Их профессионализм обеспечил скорый и эффективный ввод советских войск в Афганистан для того, чтобы ликвидировать диктатора Амина и утвердить власть нового руководителя Бабрака Кармаля.
Вместе с этими группами в течение четырех месяцев в Афганистане выполнял задания и капитан Розин. Его группе, например, было поручено охранять заместителя министра обороны СССР маршала Соколова, инспектирующего войсковой контингент.
Спецназ холодной войны
В1980 году группе Розина было поручено охранять заместителя министра обороны СССР маршала Соколова, который инспектировал Ограниченный контингент Советских войск в Афганистане.
Затем около года майор Розин в одной из восьми зон войсковой ответственности, на которые был поделен Афганистан, налаживал деятельность оперативных спецгрупп «Каскад».
Общее руководство осуществляли офицер 8‑го (диверсионного) отдела нелегальной разведки КГБ полковник Александр Иванович Лазаренко и полковник Евгений Александрович Савинцев, заместитель начальника ОУЦ.
Вместе со своими товарищами из спецрезерва КГБ в 1982 году Розин влился в состав боевого подразделения — Группы «Вымпел» (ее легендированное наименование — Отдельный учебный центр КГБ СССР).
«Вымпел» был создан 19 августа 1981 года по инициативе руководителя нелегальной разведки КГБ Юрия Иванович Дроздова, который был разработчиком плана по штурму Тадж-Бека.
Со временем Валерий Витальевич был назначен заместителем командира Группы.
Валерий Розин:
— Когда я пришел туда, Юрий Иванович доверил мне должность заместителя начальника отдела. Потом я вырос до начальника отдела, а уходил уже с должности заместителя командира «Вымпела». Все командиры «Вымпела» были из Москвы, из центра — это закон.
Он (Дроздов) лично приглашал, один на один сидели, разговаривали. Он знал из моей биографии и анкеты, что погибший на войне отец был, как и он, артиллеристом. И начальник управления тоже был артиллеристом. Я так теперь и говорю, что есть песня «Три танкиста», а я в песню «Три артиллериста» попал.
Начинали с тренировок — плавание, кроссы, далее — боевая подготовка, ведение оперативной работы, в том числе в городских условиях, связь с агентурой, явки, пароли, стрельба, радиосвязь, военное дело, визуальная разведка… Если разведчиков готовили только для работы с нелегальной агентурой,то наша подготовка включала «полный букет». Могу сказать, что было интересно, и мы все понимали, что это крайне необходимо. Готовы были ко многому.
Розин еще дважды побывал в долгосрочных афганских командировках. Как уже было сказано, почти год в одной из зон войсковой ответственности Валерий Витальевич налаживал деятельность оперативных спецгрупп под общим кодовым названием «Каскад».
Эти подразделения, набранные из сотрудников КГБ, работали в интересах советской армии, внешней и внутри политической разведки, собирая сведения о моджахедах, налаживая контакты с самостоятельными правителями небольших областей и заключая договоры о невмешательстве.
Как заместитель командира «Каскада-4» по разведке, Розин, хотя и находился больше времени на одной из вилл штаба группы в Кабуле для организации и координации работы во всех зонах ответственности, все же достаточно помотался по этой стране всеми доступными видами транспорта.
Валерий Розин:
— Уже ходили в штатском, обстановку снимали ту или иную, готовили отчеты. Пришлось задним числом изучать все, что вокруг министерства обороны, объектов, в том числе и Генштаба. Все, что мы прошли в Афганистане, в других командировках, вошло в программу обучения личного состава уже в «Вымпеле».
Работа в городе, конечно, была необходима: наружное наблюдение, как выявить слежку и от нее уходить. Этот опыт пригодился в рамках работы в Первом главном управлении КГБ СССР, ответственном за внешнюю разведку.
Затем, за год до вывода советских войск, полковник Розин получил назначение на должность военного советника при министерстве обороны Афганистана и оставался в республике еще полгода после того, как последние части 40‑й Армии ушли на север по Мосту Дружбы через реку Амударья.
Дружбы через реку Амударья. За службу Родине на той войне Валерий Витальевич Розин был награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды, наградами Демократической Республики Афганистан.
Смутное время
В 1991 году после распада СССР Группу «Вымпел» оказался никому не нужен. Его называли «спецназом Холодной войны», а после «победы демократии» в разведке ему места не нашлось.
Евгений Примаков, новый руководитель разведки, заявил об изменившихся целях и методах этого ведомства. Поэтому элитный спецназ передали в Межреспубликанскую службу безопасности (была и такая структура, созданная на месте союзного КГБ).
Следующим «хозяином» уникального подразделения стало Агентство федеральной безопасности (АФБ) — организация, созданная на базе КГБ Российской Федерации.
Наконец 24 января 1992 года после указа президента Ельцина о создании Министерства безопасности, «Вымпел» вошел в состав «стража демократии».
В конечном итоге детище Ю.И. Дроздова оказалось в Главном управлении охраны (ГУО), куда уже успели забрать Группу «А», подчинив ее глав государства.
Прежний руководитель «Вымпела» генерал Борис Бесков ушел в отставку, его сменил Дмитрий Герасимов, который перешел на работу в министерство безопасности России. До этого он был начальником направления специальной разведки ГРУ Генерального штаба ВС России, командиром 5‑й отдельной бригады специального назначения в Белорусском военном округе.
Дмитрий Михайлович попросил своего заместителя Розина все‑таки остаться в подразделении хотя бы на время, помочь ему войти в курс дела. Тот обещал и слово сдержал. Почти год Валерий Викторович еще служил, поддерживал, помогал. За это время Герасимову удалось присмотреться к людям, понять, кто есть кто.
В отставку полковник Розин вышел в 1993 году после драматических событий «горячей осени», двоевластия в стране и расстрела из танков Белого дома,где заседал парламент страны — Верховный Совет РФ.
Если Группу «А» усилиями начальника ГУО М. И. Барсукова и Героя Советского Союза Г.Н. Зайцева удалось сохранить, то «Вымпел» был передан в состав МВД, после подавляющее число сотрудников написали рапорта об отставке.
«Вымпел» прекратил существование.
После гибели Союза
Так сложилось, что в ходе реорганизации силовых структур и правоохранительных органов в начале 1990‑х уйти в запас, без особого на то желания, пришлось многим профессионалам, в том числе и сотрудникам спецназа госбезопасности.
От того, что многие сотни вполне дееспособных спецов оказались не нужными властям, пострадали обе стороны — и государство, и выброшенные на улицу офицеры централь- ного аппарата КГБ и региональных управлений.
Валерий Розин:
— Оказавшись в их числе, я плохо представлял, как дальше выживать и кормить семью, вне стен привычной, хотя и нелегкой службы. Тогда же я быстро убедился, что в своих проблемах не одинок, что далеко не все мои коллеги смогли на тот момент времени найти себе достойное применение в условиях новорожденной «рыночной» экономики.
Чувства скрытой неуверенности и тревоги за свое будущее у многих из нас были небезосновательными — время показало, что некоторые из нас так и не нашли себя в новой России, это были единицы, но судьба их оказалась не столько печальной, сколько недостойной их заслуг перед службой.
Точно так же, как ручеек найдет, в конце концов, свой путь к большой воде,так и мы пришли к простому выводу, а затем и решению. Невозможно было враз перечеркнуть то общее, что нас объединяло многие годы — бесчисленные командировки, бессонные ночи, победы и боль утраты погибших товарищей, тяжелый труд боевой подготовки с потом и мозолями, риск, преодоление противника и себя самого…
Так что вполне естественным было решение, к которому мы, поначалу около двадцати человек, в первуюочередь мои друзья — Виктор Ирванев, Виктор Ким, Владимир Васильченко и другие решили организационно объединиться в некоммерческую общественную организацию — «Фонд ветеранов группы спецназначения органов госбезопасности Вымпел» — так она поначалу была зарегистрирована.
Главной целью ее было оказание помощи членам организации в преодолении трудностей социальной адаптации к новым условиям. Решение это шло, пожалуй, больше от сердца, чем от разума, но, как показалажизнь, было правильным.
Президент Ассоциации Группы «Вымпел» Валерий Попов:
— Мы поручили это тогда Валерию Розину — нашему уважаемому ветерану. Нас было девятнадцать человек. Собрались, помню, у меня на квартире. У нас не было тогда помещения, вообще ничего не было. Пили мы тогда чай и принимали решение: «Ребята, начинаются увольнения, надо готовиться к новой жизни, и кто то этим должен заняться». И мы Розина попросили, давайте, мол, Валерий Витальевич, возглавьте.
Ирванев Виктор Михайлович провел тогда огромнейшуюработу по формированию первого «вымпеловского» объединения, а общественную работу вел Валерий Витальевич Розин.
Валерий Розин:
— На первых порах, естественно, мы многого не знали и мало чего умели по «гражданской» жизни. Учились на ошибках, брали опыт у тех, кто до нас уже успел что‑то наработать, не было финансовых средств, чтобы воплотить все замыслы.
Когда была создана единая организация — Ассоциация ветеранов Группы «Вымпел», Валерий Витальевич принимал участие в ее работе. Но годы уже брали свое…
Его не стало утром 25 мая 2026 года. Он не дожил всего двух с половиной месяцев до 45‑летия своего родного подразделения.
Прощание состоялось в Ритуальном зале ФСБ России на Пехотной улице.
Там же, в храме, прошло отпевание сибиряка, героя Спецназа и Группы «Вымпел».
Вечная память и слава разведчику специального назначения!
Об авторе очерка. Сергей Борисович Бабичев, председатель Совета ветеранов Управления ФСБ России по Кемеровской области — Кузбассу. Полковник в отставке.
