Идеология победы

Русский патриотизм против нацизма

Геннадий Зайцев: Как свихнувшийся, поврежденный душой.

«Россiя»: Но разве крови, ужасов не было раньше?

Геннадий Зайцев: Все было. В избытке. Но то был реальный мир — с настоящими эмоциями, чувствами, страстями. А сейчас людей загоняют в виртуальную «реальность», отучая от всего естественного, включая отношениями между мужчинами и женщинами.

«Россiя»: И какой выход?

Геннадий Зайцев: А выхода только два: или осознание, что нужно возвращаться к традиционным ценностям, или мировая война, которая прекратит весь этот бедлам.

«Россiя»: Но ведь война уже идет…

Геннадий Зайцев: Мировая? Да, идет. Когда она началась? Выскажу свое мнение: в феврале 2014‑го на киевском Майдане. Тогда начался ее первый этап.

«Россiя»: Именно мировая?

Геннадий Зайцев: Да. Потому что последствия того, что произошло тогда в ходе государственного переворота, осуществленного Западом, имеют мировой характер, мировой масштаб.

Запад вскормил киевских нацистов. На руинах Украины создано террористическое государство-монстр, которое, подобно гитлеровскому Рейху, направлено против России, против всего Русского мира.

Я был с товарищами по Группе «А» в зоне СВО (в Никольском монастыре и городе Угледаре) и видел: то, что совершают украинские нацисты, является абсолютным Злом. Я это увидел своими глазами. И это отражено в нашем документально фильме «Чёрное солнце». В нем сопоставляются преступления гитлеровского фашизма и украинского нацизма.

Питерский «Майдан»

«Россiя»: Что мы можем противопоставить?

Геннадий Зайцев: Качественно обновленное государство и сплоченное общество. Ничего нового. Плетью обуха не перешибешь. Нужен свой обух. Да покрепче, поухватистее.

«Россiя»: Поясните, пожалуйста.

Геннадий Зайцев: В феврале семнадцатого у нас грянул «майдан» — Петроградский. За считанные месяцы после него тогдашние либералы и социалисты, дорвавшиеся до власти, довели страну до ручки.

К моменту Октября империя находилась в состоянии полураспада. Собрать воедино можно было только через насилие и кровь — что и было осуществлено большевиками. Они пришли и стукнули кулаком: «Временные — слазь!»

Большевики, кстати, не боялись называть вещи своими именами: «диктатура пролетариата», «красный террор».

«Россiя»: Не будь Февраля семнадцатого, не потребовался и Октябрь?

Геннадий Зайцев: Да, верно. Точка невозврата была пройдена в Феврале. Прошу понять меня правильно… Я не оправдываю красный или белый террор, насилие. Я говорю о том, что все эти ужасы гражданской войны были не напрасны. Россия была сохранена. Но, как говорится, не дай‑то Бог самому оказаться в этих жерновах. Память о жертвах гражданской войны с обеих стороны, равно как о простых мирных жителях, погибших, умерших, — это чудовищная, но неизбежная плата за гибель государства.

Если война — так война

«Россiя»: Мы оказались в «своих жерновах». Август 1991‑го, октябрь 1993‑го. Три войны на Кавказе. Сирия. СВО… И что же теперь?

Геннадий Зайцев: А теперь нам нужно, пока не поздно, извлечь уроки из прошлого. Вот две мировые войны. В первой Россiи не суждено было победить, зато вторая завершилась победой СССР. В чем причина?

Первая война велась не ради сохранения Россия. Она была действительно империалистическая по своей сути. В то время как солдаты проливали кровь, отдавая свои жизни, буржуазия наживалась на войне, а «светское общество» жировало.

«Россiя»: И ведь это был не просто лозунг, а прямое руководство к действию. Причем для всех. И люди отдавали последнее фронту.

Геннадий Зайцев: Скажу откровенно: трудно, невозможно представить, чтобы в годы Великой Отечественной перекладывали асфальт, устраивали фестивали и развлекательные мероприятия.

«Россiя»: Что правда, то правда.

Геннадий Зайцев: Тогда была действительно Великая Отечественная война, а сейчас СВО. Но ведь враг‑то воюет с нами по‑настоя­щему — жестоко, люто. Для него это именно война. А мы долгое время пребывали в иллюзиях братства. Теперь этого нет. Все, тема закрыта.

«Сплотила навеки великая Русь…»

«Россiя»: Геннадий Николаевич, а что с нами все‑таки «не так»? В чем причина?

Геннадий Зайцев: Причина в позднем СССР. При Горбачёве с его «перестройкой, а затем в период Шоковых реформ Гайдара мы максимально отошли от того, что обеспечило победу в Великой Отечественной войне.

Для меня символом нового курса, который обеспечил нашим отцам и дедам Победу, являются строчки из сталинского гимна 1944 года: «Сплотила навеки великая Русь…»

«Россiя»: Как вы их понимаете?

Геннадий Зайцев: Великая Русь — это Триединый Русский народ: великороссы, малороссы, белорусы, а также все, кто считают себя русскими.

Мы, Россия — не Запад и не Восток. Мы — государство-цивилизация, являющееся «мостом» между Западом и Востоком.

В разные эпохи оно, это государство-цивилизация, называлось по‑разному… Русь. Московское царство, Российская империя, Советский Союз… Теперь вот Российская Федерация.

После того, как Гитлер напал на СССР, Сталин развернул корабль. Собственно, он это пытался сделать и раньше — вот почему, к примеру, появился (по его заказу) гениальный фильм «Александр Невский», где главным героем вступает не революционер, а великий князь.

«Россiя»: Не просто князь, а еще и святой, благоверный.

Геннадий Зайцев: Ну, положим, этот аспект в фильме не раскрывается, но факт остается фактом: народу вернули великого сына Руси. А для громадного числа молодых людей, которых воспитывали в духе школы Покровского, картина стала настоящим откровением.

«Россiя»: Оказалось, что дореволюционной историей можно было гордиться. И что далеко не все в ней было плохо, как это преподносилось тем же Покровским.

Геннадий Зайцев: Вот почему в годы Великой Отечественной народу — как символы, как маяки — были даны образы Петра Великого, Богдана Хмельницкого, Суворова, Ушакова, Кутузова, Нахимова, Пирогова… Была возвращена сама Русская история.

Это история была сопряжена с государством нового типа — социалистическим. Да, можно говорить, что это был социализм «не по Марксу, а социализм государственный, мобилизационный. Но он — был!

Именно он, этот «русский социализм», смог собрать то лучшее, что было в разные эпохи. Вот почему мы разгромили «объединенную Европу».

Идеология, а не «окрошка»

«Россiя»: Что же теперь?

Геннадий Зайцев: А теперь нам приходиться выбирать — что нам ближе? Олигархический капитализм, доставшийся в наследство от «лихих девяностых», или «народное государство», где главная роль должна принадлежать людям труда — вои- нам и учителям, шахтерам и программистам, врачам и крестьянам, инженерам и предпринимателям, — а не дельцам, нуворишам, а также прожигателям жизни, возомнившим себя элитой.

«Россiя»: Но для такого осознания, а затем разворота требуется идеология.

Геннадий Зайцев: Идеология, да. Но у нас в Основном законе страны закреплен отказ от идеологии в пользу «идеологического многообразия». А это — как? Винегрет. Окрошка без кваса.

Мы не знаем, какое государство строим. Мы не понимаем, куда идем. И где тот Рейхстаг, к слову, где нужно установить Знамя Победы. А Запад, тем временем, жаждет еще большей крови. Как сказал заместитель главы МИДа Александр Грушко: «Мы исходим из того, что они реально готовятся к военному столкновению с Россией где‑то на рубеже 2030 года».

«Россiя»: А какая идеология предпочтительна для вас, Геннадий Николаевич?

Во время Великой Отечественной войны об этом говорил четко, прямо, без виляний.

«Россiя»: В 1942 году Константин Симонов — будущий классик, а тогда поэт, драматург и военный журналист — написал пьесу «Русские люди». Ее публиковала газета «Прав- да», многие театры по всей страны приняли пьесу к постановке. Она была удостоена Сталинской премии.

Геннадий Зайцев: Не случайно, что выступая 24 мая 1945 года на торжественном приеме в Кремле в честь командующих войсками Красной Армии, Сталин произнес знаменитый тост «За русский народ».

В нем есть и такие слова: «Я поднимаю тост за здоровье русского народа не только потому, что он — руководящий народ, но и потому, что у него имеется здравый смысл, общеполитический здравый смысл и терпение».

Я советую всем ознакомиться с оригиналом этого выступления. Никогда больше Сталин не говорит настолько откровенно о том, что могло случиться со страной, если бы не выдержка русского народа.

Особая общность

«Россiя»: Русский патриотизм — сложное и многогранное явление, которое формировалось на протяжении многих веков и связано с историей, культурой и государственностью России.

Геннадий Зайцев: Русский патриотизм, как я его понимаю, включает любовь к Родине, преданность ей, гордость за свой народ и родную землю, а также готовность действовать во благо страны, защищать ее интересы и связывать свое будущее с будущим Отечества.

«Россiя»: О том же не раз говорил глава государства.

Геннадий Зайцев: Под Русской идеей Путин понимает государственный патриотизм, культурно-цивилизационный консерватизм и защиту Русского мира. Поворотным моментом в этой идеологии стало присоединение Крыма: «собирание земель», восстановление исторической справедливости и противостояние геополитическому давлению Запада.

В 2014 году, при подписании Договора о вхождении Крыма и Севастополя в состав РФ, Владимир Владимирович говорил именно о Русской цивилизации как об особой общности, соразмерной «коллективному Западу». Но ведь так оно и есть, мы — не часть кого‑то и чего‑то, мы — свое собственное.

«Россiя»: Среди ваших коллег по силовому блоку были, имеются приверженцы Русского патриотизма?

Геннадий Зайцев: Назову три известные фамилии. Это бывший глава советской разведки Леонид Владимирович Шебаршин, это главный аналитик КГБ Николай Сергеевич Леонов и руководитель информационно-аналитического управления Министерства безопасности РФ Ксенофонт Христофорович Ипполитов.

Все трое оставили большое наследие. Тот же Ипполитов (этнический грек, к слову) в своих публикациях отмечал, что Русский патриотизм позволил победить в Великой Отечественной войне и дает шанс осуществить переход от «Эр-Эф», доставшейся от СССР, к «державной России», которая могла стать ядром Евразийского союза.

Он был убежденным сторонником солидарного общества, которое бы объединило в себе лучшие черты предшествующих эпох — Россiи, Советского Союза и Российской Федерации.

Народ-коренник

«Россiя»: Для вас русский — это по крови или по духу?

Геннадий Зайцев: По духу, кончено. По душе. В ходе СВО все стало на свои места. Мы хорошо знаем, что с той стороны много этнических русских, вставших под знамена Бандеры. И с нашей стороны громадное число этнических украинцев, которые, начиная с 2014 года, сражаются за Русский Мир.

В годы Великой Отечественной гитлеровскому нацизму был противопоставлен советский патриотизм. Сейчас… Что — сейчас? Советского Союза вот уже четверть века, как не существует.

Требуется новая идеология, способная вобрать все лучшее, что было от Руси до РФ. Для меня такой идеологией является Русский патриотизм. Тем более, что за пределами страны мы все — русские.

«Россiя»: Народ-коренник.

Геннадий Зайцев: В преамбуле Конституции 1978 года было указано: «Образование РСФСР обеспечило русскому народу, всем нациям и народностям Российской Федерации благоприятные условия для всестороннего экономического, социального и культурного развития…»

«Россiя»: После развала СССР все это отменилось, точнее — отменили.

Геннадий Зайцев: Да, но Российская Федерация не разделила судьбу Советского Союза. Хотя для этого были все предпосылки — и внешние, и внутренние. И многие этого хотели, к этому стремились.

«Россiя»: Российскую Федерацию называли «обнажившимся ядром империи», которое необходимо раздробить, утопив в крови.

Геннадий Зайцев: Несмотря на кровь, что была пролита, несмотря на колоссальные демографические потери, ядро страны-цивилизации было сохранено. В этом заслуга людей разных национальностей, но перед лицом Мировой истории они были и остаются Русскими.

В ходе «Прямой линии» весной 2014 года наш президент подробно изложил свое понимание Русского мира и менталитета русского человека, назвав главным отличием приоритет высшего морального начала над личным благополучием.

Как сказал тогда Путин, человек Русского мира в первую очередь обращен не «в себя, любимого», а думает о высшем моральном предназначении человека. Западные ценности больше ориентированы на личный успех и процветание. В России же силен дух общины. Отсюда и поговорка: «На миру и смерть красна».

«Россiя»: Путин тогда подчеркнул, что Россия веками втягивала в себя различные этносы, формируя общую ценностную матрицу, выходящую за рамки одной крови. При этом одой из основ патриотизма является русский язык.

Геннадий Зайцев: И вот уже в статье 68‑й Конституции РФ (в редакции от 2020 года) прямо указано: «Государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык как язык государствообразующего народа…» Стало быть, нужно идти в этом направлении и дальше.

Русские немцы

«Россiя»: Как представители других коренных народов и национальностей сопрягаются с идеей русского патриотизма?

Геннадий Зайцев: Отлично сопрягаются.. Всему миру известен наш балет. Его называют русским, а не советским или российским. Именно русским. Расулу Гамзатову принадлежат слова… «В Дагестане я аварец, в России — дагестанец, за границей — русский». Это его высказывание стало формулой, которая отражает идею единства в многообразии, уважения к разным культурам и идентичностям в рамках одной страны, одной идеологии патриотизма.

Или, к примеру, вспомним такую категорию, как русские немцы. Они приезжали в Россию, оседали, обустраивались и работали на благо своей новой Родины.

Когда того требовали обстоятельства, русские немцы брали в руки оружие, сражаясь против своих же соплеменников, нападавших на Россию. Так было в годы как Первой, так и Второй мировых войн.

«Россiя»: То, о чем вы сказали, приведя пример русских немцев, — это еще одно свидетельство, что без идеологии не обойтись никак. Она, как и религия, определяет базисные ценности и мотивацию в поведении человека.

Исходить из наихудшего сценария. Мы же знаем, что раз в сто лет эти господа отправляются походом на Восток — то в одиночку, то скопом.

Смутное время, польско-литовская интервенция. Враг дошел до самого Кремля, где был взят в осаду и вынужден был поедать все, что только можно было пускать в пищу.

Потом на земли Малороссии каким‑то ветром занесло шведского короля Карла XII, который был бит и разбит под Полтавой.

1812 год. Поход против России императора Наполеона, собравшего под свои знамена силы континентальной Европы.

«Россiя»: Итог известен: разгром, гибель его армии и позорное бегство самого Наполеона в Париж.

Геннадий Зайцев: Веком позднее — нападение Гитлера на Советский Союз. А ведь на фюрера работала вся Европа (кроме Англии).

Век 21‑й. Агрессия все того же Запада. Создание Укро-Рейха, максимальная накачка его оружием и деньгами. Всем. Море крови, страданий, исковерканных судеб.

«Россiя»: «Дранг нах Остен» — «Натиск на Восток». Каждые сто лет…

Геннадий Зайцев: И каждый раз остается одно только «нах».

Запад жаждет войны

«Россiя»: Говоря о бывшей Украине, мы видим, что и сам Запад не исключает прямого военного столкновения с Россией.

Геннадий Зайцев: Не просто не исключает, а к этому активно готовится. Недавно министр обороны Германии Писториус заявил о том, что ФРГ следует подготовиться к возможной войне с Россией к 2029 году.

Странами НАТО создаются условия для будущего блокирования России на Балтике. Это сформирует угрозу отрезания от снабжения Калининградской области — что неминуемо спровоцирует ответную и сокрушительную реакцию. Иного нам «просто» не остается.

«Россiя»: Ему вторит командующий Сухопутными силами ФРГ генерал Кристиан Фройдинг. Германия должна быть готова к потенциальному военному столкновению с Россией к 2029 году.

Геннадий Зайцев: Дословно это господин заявил следующее: «Мы должны быть готовы к бою. 2029 год — это не немецкие сроки. Это разведывательные данные, согласованные с НАТО».

«Россiя»: Ну, вы знаете, следом за ним высказался командующий люфтваффе Хольгер Нойманн. По его словам, германские ВВС готовы вступить в конфликт с Россией «уже сегодня ночью» в случае гипотетического нападения на одну из стран НАТО.

Геннадий Зайцев: «Воевать сегодня ночью означает: если кто‑то позвонит мне сейчас и скажет, что у нас такая ситуация, мы должны быть готовы сейчас — и мы готовы».

«Россiя»: Мария Захарова назвала его неонацистом.

Геннадий Зайцев: Как показывает мировой опыт, умиротворить хищника невозможно. 

Чтобы Западу, глядя на катастрофу режима Зеленского, было неповадно воевать. Вот для чего необходима идеология, способная консолидировать общество. А потом идти дальше, строя и созидая.

«Россiя»: Геннадий Николаевич, спасибо за интервью! За четкую и откровенную позицию.